Category: религия

Nikon

From FB

[старое]

* * *
сперва составим список
привычек и гостей
созвездий и редисок
оврагов и гвоздей
ершей запишем влажных
они живут в воде
но многих очень важных
предметов нет нигде
никак их не назвали
без них проходят дни
когда б мы только знали
как выглядят они
полно в природе слепней
отверток и борщей
но самых нужных нет в ней
неведомых вещей
я полон слез обидных
какой же в жопу бог
кто стольких очевидных
вещей создать не смог
ах как бы мы любили
свой мир во всей красе
когда б повсюду были
предметы эти все
Nikon

Гийом Аполлинер, "Зона"

Наконец этот древний мир тебе больше не по нутру

О Эйфелева башня с блеющим стадом мостов поутру

Тебе уже под завязку римский и греческий быт

Здесь даже автомобили имеют античный вид
И лишь одна религия в новой роли
Остается простой как ангары на летном поле

В Европе лишь христианство шагает в ногу с датой
Ты современнее всех европейцев папа Пий X
А вот ты под надзором окон скажи какой тебе стыд
Мешает в церковь войти исповедаться не велит
Ты читаешь проспекты каталоги афиши поющие в вышине
Вот где поэзия утра а для прозы газеты вполне
Чтиво за 25 сантимов детективная интрижка
Портреты великих людей тысяча и одна книжка

С утра я видел красивую улицу чье имя запомнить не смог
Новую полную солнцем как звуком яркий рожок
Директора работяги красотки-стенографистки всегда
Четырежды в день по будням проходят туда-сюда
С утра троекратно сирена стон испускает свой
К полудню сердитый колокол лает над головой
Там щиты рекламы настенных плакатов стаи
Вывески и объявления щебечут как попугаи
Всех прочих мне эта фабричная прелесть ближе
Между Омон-Тьевилль и авеню де Терн в Париже

Вот юная улица и ты здесь дитя опять
В синее с белым тебя одевает мать
Ты набожен и с Рене Дализом дружком до гроба
Вы без ума от церковных обрядов оба
В девять синеет газ и из школьной спальни прочь
Вы крадетесь в часовню чтобы молиться всю ночь
Пока в аметистовой нише что так дорога и чиста
Вечно вращается пламенеющий нимб Христа
Это прекрасная лилия которой мы так верны
Это рыжеволосый факел и ветры ему не вредны
Это бледный и алый сын скорбящей жены
Это дерево на которое все молитвы водружены
Это звезда о шести концах
Это Бог умерший в пятницу в воскресенье восставший прах
Почище любого пилота в небо поднявшийся гордо
Держатель по высоте мирового рекорда

Зеница Христова ока
Двадцатый питомец столетий он к делу подходит любя
И в нынешнем птицей как Иисус в небо возносит себя
И дьяволы глянут из адской бездны меж ними молва
Что он подражает полету Симона Волхва
Кричат что раз летит значит летун и баста
Ангелы крутят сальто вокруг молодца-гимнаста
Икар Енох Илия Аполлоний из Тианы
Наперебой парят у первого аэроплана
Порой уступая места причащенным в текущем порядке
Всплывающим вверх священникам когда возносят облатки
Но вот не смежая крыльев садится самолет
И миллионом ласточек пульсирует небосвод
Следом вороны соколы и совы в птичью гурьбу
Из Африки прибыли ибисы фламинго и марабу
Птица Рух чью славу певцы облекли в слова
В когтях ее череп Адама первая голова
Орел из-за горизонта летит испуская крик
Из Нового Света колибри чьих крыльев размах невелик
Изящный и однокрылый пиги за ней из Китая
Что сбивается в пары только так и летая
Голубок непорочного духа в его оперенье простом
Птица-лира павлин с его глазастым хвостом
Феникс который в костре порождает сам себя
Заволакивает окрестность раскаленной золой слепя
Сирены покинув свои опасные проливы
С песней втроем за ними в строю торопливы
Все вместе орел и феникс с пиги полукрылатым
Братаются с летательным аппаратом

Вот ты шагаешь в Париже один и толпа кругом
По сторонам табуны автобусов изрыгают гром
Тоска по любви словно на горле струна
Как будто любовь тебе больше не суждена
В прежние времена ты скрылся бы в монастыре в скиту
Чувствуешь со стыдом как молитва течет во рту
Пышет адским огнем твоя насмешка над ней
Искрами смеха вызолочен задник жизни твоей
Словно в темном музее висящее полотно
Ты подходишь не раз вглядеться в это окно

Ты сегодня идешь по Парижу среди женщин в крови и ты
Простился бы с этой памятью это был закат красоты

Непорочная дева из пламени на меня взирала в Шартре
В крови Святейшего Сердца я утопал на Монмартре
Благословенных слов меня изнуряет звук
Любовь поразила меня как постыдный недуг
И образ который в тебе отнимает сон и покой
Он минует но он неразлучен с тобой

Ты теперь в Средиземноморье на берегу
Где лимонный цвет круглый год поднимает пургу
Ты в лодке с друзьями прогулка садись и греби
Один из Ниццы другой из Мантоны двое из Ла Турби
Мы наблюдаем с опаской осьминогов из глубины
И рыбы образ Спасителя в подводных чащах видны

Ты в пражском предместье в гостинице с садом
Ты полон радости и роза на столике рядом
И готов вместо того чтобы писать свою прозу
Следить за бронзовкой забравшейся в розу
В стеклах Святого Вита с испугом свой лик уловил
Ты был бы рад умереть в день когда ты там был
Словно Лазарь возник застигнутый днем восстав из земли
В еврейском квартале стрелки часов назад поползли
И ты движешься тоже по жизни тихо назад
На Градчаны взбираясь вслушиваясь в закат
Под песни которые в чешских тавернах поют

А теперь ты в Марселе среди множества дынных груд

Вот ты в Кобленце в отеле «Гигант»

Вот ты в Риме сидящий под мушмулой

Ты в Амстердаме с девушкой которую считаешь красивой но она дурна
За студента из Лейдена собирается выйти она
Здесь сдаются комнаты в латинской Cubicula locanda
Я там помню провел три дня и был еще в Гауде правда

Ты в Париже твое дело рассматривается в суде
Ты преступник и арестант на хлебе и воде

Ты прошел немало веселых и грустных дорог
Прежде чем в старости и во лжи убедиться смог
Ты влюблялся в двадцать и в тридцать порой
Я прожил жизнь дурака и юность моя за горой

Ты не смеешь смотреть себе на руки и готов разрыдаться
Над тобой над той кого люблю и чего бы могла испугаться

Со слезами в глазах ты смотришь на беженцев и отщепенцев
Они верят в Бога и молятся матери нянчат младенцев
В Сен-Лазаре их запахом полнится зал ожидания
Они верят в свою звезду словно волхвы из Писания
Они верят в возможность заработка в Аргентине
В возвращенье на родину с новым счастьем отныне
Вот семья проносит красный плед как ты несешь свое сердце
Этот плед и наши мечты одинаково невозможны
Иные из эмигрантов остаются здесь и мир их
На де Розье или дез Экуфф и в других подобных дырах
Я их часто встречаю вечерами выходящих подышать
Далеко не отходят словно шахматные фигуры
В основном евреи их жены в париках всегда
Сидят в глубине своих лавочек бескровные словно вода

Ты стоишь за цинковой стойкой в поганом баре
Кофе пьешь за два су между погрязшими в этом кошмаре

Ты ночью сидишь в огромном ресторане

Эти женщины вовсе не злы просто жили мучась
Но и худшая из уродин отравила любовнику участь

Она дочь полицейского сержанта из Жерси

Ее рук я не видел но они в трещинах и жестки

Я питаю огромную жалость к складкам ее живота

Мне унизительно видеть как смех кривит рот бедной девушки

Ты один наступает утро
Молочницы позвякивают бидонами на улицах

Ночь удаляется как прекрасная метиска
Как коварная Фердин или медлительная Лия

Глоток алкоголя горит у тебя в крови
Ты опустошаешь жизнь как eau-de-vie

Ты движешься к дому к Отейлю пешком
Спать среди фетишей Океании или Гвинеи

Существуют другие формы Христа и другие веры
Малые формы Христа усеченной надежды и меры

Прощай прощай

Солнце перерезано горло

Оригинал
Nikon

inliberty.ru

Nikon

inliberty.ru

Nikon

"Сноб" и окрестности

Удивляет, меня то есть лично, не то, что антисемитское послание появилось на сайте (отсутствие премодерации) и даже не то, что послание с перепугу сняли (постмодерация, которой тоже нет в условиях задачи). Удивляют искренние апелляции в пояснении к снятию к так называемой "конституции РФ", бренду туалетной бумаги, выпускаемому одним из малых кремлевских предприятий. Но не к совести. Если я не знаю, как поступить, то консультируюсь с конституцией. Подтверждение моей давней мысли, что в России т. н. "креативный класс" полностью утратил способность отличать моральный принцип (кантовский нравственный закон внутри нас) от политкорректности (корпоративного кодекса поведения). У одних вместо совести церковь, у других бумажка с пунктами: геев не обижать, на улицах не писать. Но обижать и писать продолжают, потому что предание важнее писания, православнее.
Nikon

бедные мы

в том сне где вода нагибается к небу а сучья торчком вроде маленьких женских запястий и пальцы ветвей заплетает молитва над долгой рекой это послеполуденный сон атеиста с похмелья и трудные верные рыбы к поверхности льнут перевернутым телом но тени стекаются к плесу пустые глаза отражают молву как изогнута водная плоскость поверхность чужих отражений и чавкает мшистая топь под подошвой всегда эти бедные бедные мы
когда малолетним еще несмышленышем счастья слонялся наотмашь еще увлекался надеждой кого узнавали во взрослых глазах но примерно вполне понимаю механику мира в котором не я существую я не существую уже существую не я но пожалуйста вот вам и рыбы у многих слезинка в стеклянном зрачке уложив на распиленный бублик в далекой юдоли изгнанья и сам на поверку баркас в деликатных объятиях рыбы родной
обратно вода задрожала в оазисе света и все-таки луком разит от такого впотьмах поцелуя запястьями вверх почему ты уснул не один полустиснув полуотпустив пациентку осталось навеки своим перевернутым телом молитва и трудные верные рыбы ее несмышленышем тщетной надежды что дескать не я существую и бедные мы но поверхность чужих отражений ложится плашмя на разрезанный бублик вся водная плоскость невидимой горизонталью впериться в пустые глаза чья вода нагибается низко а там только рыбы и крабы внутри астролябия лабия магна и все же формально я прав я ведь ясно сказал вроде маленьких женских всегда
Nikon

écrasez l'infâme

Вынесу комент в пост.
Чаплина пора бы уже придавить подушкой. Помимо того, что он форменная скотина, он еще лжец или невежда - не читал книжку, на которую ссылается. Во-первых, Иисус был очевидным образом казнен римлянами по обвинению в оскорблении величества - тут вроде бы и Пилат нечего не мог сделать, хотя в реальности Пилат был скотина почище Чаплина. А что касается наводки с еврейской стороны, то главным агентом был первосвященник, то есть саддукей, представитель фракции явно враждебной фарисеям и куда более лойяльной Риму. Что касается фарисеев, то со стороны некоторых очевидна симпатия к жертве, взять того же Никодима.
Nikon

exegi monumentum

когда-нибудь нам памятник пора
установить на сетуни допустим
как церетели древнего петра
семи морей над их ростральным устьем

из пахнущей сапожным дегтем тьмы
четырехкратным непреложным солнцем
должны потомству воссиять и мы
три мушкетера с пристяжным гасконцем

в порядке полубреда справа я
гандлевский в центре с ношей стеклотары
кенжеев на пути в полутатары
бог синтаксиса слава словаря

и надо всем священный реет прах
в застолье муз наш депутат из ранних
сопровский первый вечности избранник
у матери-отчизны на руках


Прим. ред. ввиду плохой видимости: в данном проекте Гандлевский играет на свирели (погнулась при обжиге), а Сопровский на руках у МО изображен в виде лося.
Nikon

Небесный чайник

Конфуций вроде бы сказал, что обычный человек дивится необычным вещам, а мудрый человек - обычным. Это, впрочем, только присказка.
Известен аргумент Бертрана Рассела о доказательстве несуществования Бога. Верующие с минимальной философской подготовкой утверждают, что такое доказательство невозможно - якобы потому, что логика не позволяет доказывать отрицательные утверждения, что, конечно, чушь. Аргумент Рассела таков: представим себе, что на орбите вокруг солнца движется чайник. Доказать несуществование такого чайника невозможно. Но и не нужно.
Воскресни Рассел, он немало бы подивился тому, как реальность превосходит все наши фантазии. В Индонезии существует секта, отколовшаяся от ислама, которая поклоняется скульптуре гигантского чайника, символизирующего, по мнению верующих, любовь, изливающуюся с небес. Вот фотография этого чуда с основателем секты на переднем плане.

Хотя секта мирная, экуменическая и проповедует любовь и все такое, индонезийское правительство подвергло ее репрессиям, часть верующих уже не первый год сидит в тюрьме, остальные вместе с основателем ушли в бега. Священный чайник разрушен, но он конечно лишь прообраз небесного, который по-прежнему мчится в просторах космоса. Владеющие английским могут свериться с источником.